Иркутск 350 Год учителя Электронные
ресурсы
 

  главная / о нас / наши библиотеки /
 библиотеки выписывают / коллегам /
иркутская история
/ иркутская книга /
конкурсы
/ форум / гостевая книга

 
 
   
  Леонид Бородин
   
Вернуться на главную страницу  
   

ИРКУТСК В ЛИЦАХ

 

 
Имя в истории  

 
Белобородов А. П.  

 
Вагин В. И.  

 
Гаевская М. А.  

 
Гайдай Л. И.  

 
Гаккель Я. М.  

 
Галазий Г. И / 2008 г.  

 
Корнилов А. А.  

 
Малых М. А  

 
Потанин Г. Н.  

 
Потанина А. В.  

 
Салацкий Н. Ф. / 2009 г.  

 
Федченко А.П.  

 
Франк-Каменецкий З. Г. (из материала "Улицы Иркутска) / 2008г.  

 
Ядринцев Н.М. / 2010 г.  

 
Якубовский В. В.  

 
Иркутск литературный  

 
Иркутское литературно-художественное объединение  

 
Балков К. Н.  

 
Бородин Л. И. / 2008 г.

 
Гайдай Л. И. / 2009 г.  

 
Гинкулов В. В. / 2009 г  

 
Жемчужников В. Б.  

 
Журавский А. / 2009 г.  

 
Зверев А. В.  

 
Змиевский А. / 2009 г.  

 
Калашников И. Т.  

 
Кобенков А.И. / 2008 г.  

 
Козлов В. В.  

 
Кунгуров Г. Ф.  

 
Лаптев А. К.  

 
Максимов В. П. / 2008 г.  

 
Михеев В. М. / 2009 г.  

 
Ольхон А. С.  

 
Перелешин В. Ф.  

 
Румянцев А. Г.  

 
Рыбаков Моисей / 2009 г.  

 
Седых К. Ф. / 2008 г  

 
Стародумов В. П. / 2008 г.  

 
Устинов С. К. / 2008 г.  

 
Другое  

 
Элоян С. Н - художник / 2009 г.  

 
Геласимов А. - писатель / 2009 г.  

 

 


«В молодости я полагал, что у всякого русского непременно должно перехватывать дыхание при упоминании трех слов: Байкал, Ангара, Иркутск. Безраздельно располагался к человеку, если встречал энтузиазм, решительно записывал в равнодушные, не обнаружив такового. Если кто-то говорил, что его город тоже стоит на реке и что там тоже красиво, я проникался искренней жалостью к человеку, которому не повезло в самом главном  - с детства научиться отличать красоту от того, что всего лишь так себе…»

Эти слова о нашем городе принадлежат Леониду Ивановичу Бородину, главному редактору литературно-художественного журнала «Москва». Он родился 14 апреля 1938 года в Иркутске. Его родители были учителями, работали в разных школах области. Детство Леонида Ивановича прошло не только в Иркутске, но и на  Байкале. В автобиографическом повествовании «Без выбора» Леонид Иванович пишет: «Как и у многих, сознательная жизнь моя начиналась вместе с бабушкой. Ольга Александровна Ворожцова, дочь сибирского купца средней руки, учительница по профессии, а по моей памяти – энциклопедистка… «Моя бабушка знает все!» -  таково было первое убеждение в жизни.

Преподавательница Иркутского сиропитательного приюта… В русско-японскую – санитарка в офицерском госпитале при штабе генерала Куропаткина… Вместе с какой-то Великой княжной, подруги… Потом первая на Байкале метеостанция в том самом Маритуе, где пройдет мое детство… Девятый ребенок в семье, она одна  переживет революцию (два брата  бесследно пропали где-то на сибирских просторах с отрядом каппелевцев). С моим дедом, белорусом по происхождению, расстанется в те же революционные годы, и дальше всю жизнь с нами – с моей мамой и со мной. Это она научит меня и приучит меня всему, что нужно детству – от трех лет до одиннадцати. Первое и главнейшее – жить с книгой. Она же в самом моем раннем  детстве сумеет нарисовать по уровню понимания моего картину русской истории, ту, что началась в незапамятные времена, где-то с «царя Салтана», трудно, но славно длилось тысячу лет, а в  семнадцатом году только запнулось о колдобину накопившейся человечьей злобы – и как говорится, рожей в  грязь; да  на то Божии дождики, чтобы отмываться и светлеть ликом более прежнего».

После окончания средней школы Бородин поступил в милицейскую школу в г. Елабуге, откуда ушел в 1956 году после XX съезда партии, подвергшего критике культ личности Сталина. Как он напишет впоследствии, «заболел идеей правды», заболел настолько, что ни о чем ином и думать не мог…» Поиски правды начались в Иркутском университете, на исторический факультет которого Бородин поступил в 1957 году, «откуда через полгода был исключен за попытку создания полуподпольного студенческого кружка, ориентированного на выработку идей и предложений по «улучшению комсомола и партии».

В автобиографическом повествовании «Без выбора» он вспоминает об этом: «Самая отчетливая картинка – это мои первые допросы в пятьдесят седьмом. На меня, студента первого курса истфака Иркутского госуниверситета, заведено дело «по антисоветчине», но я не арестован и даже не на «подписке», меня попросту «таскают» на допросы  после лекций. Поставивший на себе крест, я более всего трепещу за судьбу моих «кружковцев». Саша Дулов, сын уважаемого профессора истории, Наташа Симонова – дочка начальника иркутского гарнизона… И остальные… Всех их я «вовлек», «заговорил» обязанностью нашего поколения «докопаться до полной  правды в культе личности»… Я – инициатор. Они – жертвы моей инициативы. Так подает «дело» следователь майор Анфисов, и в этом я с ним полностью согласен. Но только в этом…» Его исключили и из комсомола с настоятельной рекомендацией познать жизнь рабочего класса. И Леонид  Иванович познавал жизнь, работая путевым рабочим на Кругобайкальской железной дороге, бурильщиком на Братской ГЭС, шахтером в Норильске. В 1962 году заочно окончил Улан-Удэнский пединститут и около пяти лет работал учителем истории, затем директором школ-интернатов  в Бурятии и  Лужском районе Ленинградской области.  В 1965 году вступил в тайную организацию «Всероссийский социал-христианский союз освобождения народов». За участие в деятельности этой организации был приговорен к 6 годам  лагерей строгого режима. Освободился   в 1973-м, как бывший «политзэк» работать учителем не мог, с трудом ему удалось устроиться на работу помощником составителя  поездов на станции Очаково под Москвой, работал также зам. директора санэпидемстанции в Петушках Владимирской области, на некоторое время  возвращался в Сибирь. В 1982 году Л. Бородин был вновь арестован как «не ставший  на путь исправления» и приговорен к 10 годам заключения и 5-летней ссылке. В 1987 году, в начале перестройки, был досрочно освобожден. В 1992 году Л. Бородин становится главным редактором журнала «Москва», который возглавляет по настоящее время.

Отбывая свой первый срок в лагере, Л. Бородин начал писать художественные произведения  «Повесть странного времени» (1969), «Встреча», «Голограф» и др. Многие его книги  вначале публиковались за рубежом, в частности, в  Западной Германии: статья «О русской интеллигенции» (1975), повести «Третья правда» (1981), «Год чуда и печали» (1981), роман «Расставание» и др. С 1990 года его начинают публиковать на родине, присуждают отечественные и международные премии. Он становится лауреатом премии правительства Москвы, журнала «Юность», «Наш современник», премии А. Солженицына, французской – пенклуба «Свобода», итальянской «Гринзане Кавур».

Печатаются в разных издательствах его новые книги и сборники, в которые включаются ранее написанные произведения: «Женщина в море» (1990), «Божеполье» (1993), «Ловушка для  Адама» (1994). В 2003 году на страницах журнала «Москва» появляется его биографическое повествование  «Без выбора», в котором Л. Бородин рассказывает о своей жизни, о том, как формировалось его мировоззрение, о тех людях, с которыми его сталкивала судьба в тюрьме и на воле.

 Как в повествовании «Без выбора», так и в других  вещах Л. И. Бородина, написанных в лагерях и тюрьме,  отсутствует свойственное  воспоминаниям диссидентов 60-70-х  годов негативное восприятие действительности. Он и сам это отмечает: «Кто прочитал главные мои вещи, согласится, что нет в них никакого особого «обличительства»,  «контры» и уж тем более политической чернухи… потому что написано все в условиях личной свободы».

Писатель, литературный критик Ю. Кублановский так оценил биографическое повествование Л. Бородина: «Исповедальное повествование Бородина «Без выбора» выгодно отличается от большинства нынешних мемуаров, высосанных порою из пальца, редкой своеобычностью судьбы автора, в позднесоветские сравнительно  вегетарианские времена сполна хлебнувшего тюрем и лагерей. Тут другое качество души, отличное от расхожего, другая частота биения сердца, чем та, к которой мы  обычно привыкли. Не для  самоутверждения и самовыпячивания написана эта книга, но чтобы бескорыстно, чистосердечно (а порой и простосердечно) разобраться в себе самом: в своем миропонимании как в советскую, так и в нынешнюю эпоху, в мотивизации своих шагов и поступков, сформировавших жизнь смолоду посейчас».

Как пишет литературный  критик Г. Проделов, в повести Бородин «очень емко, сжато, на примере судеб нескольких героев автор решает проблемы человеческого бытия: правды и лжи, добра и зла, смысла жизни, взаимоотношений между человеком и властью». Наиболее известна  читателям, не только России,  но и зарубежным, его повесть «Год чуда и печали». Впервые она  была  опубликована в издательстве «Посев», получила  несколько зарубежных премий, издавалась во многих странах и много раз в России в столичных и провинциальных издательствах. Л. Бородин писал эту повесть в лагере, как отметил В. Г. Распутин, в условиях далеко не творческих, и вдруг  занимательная, красивая и безупречная: тут и фантастика, и философия, и многое другое…» 

Одним из проявлений чуда, открывшегося мальчику, герою повести, станет Байкал: «Внезапно распахнутся горы и не расступятся, а именно распахнутся  сразу на  три измерения вверх, вдаль, вниз, – и тотчас же  откроется необычайное, окажется, что поезд ваш идет по самому краю вершины высоченной горы, а точнее, по краю обычного мира, за чертой которого, если  вверх, то синева дневного космоса, если вдаль, то беспредельная видимость горизонта, расписанного орнаментом бегущей с севера на юг кривой линии остряков вершин Хамар-Дабана, но вниз если, то там откроется ослепляющая взор страна голубой воды и коричневых скал, и это так глубоко внизу, что вы можете забыться относительно того, где же  вы сами в этот момент находитесь: на поезде, или на самолете, или на орбите  незнакомой планеты. Для  вас исчезнет стук колес, тряска вагона, для вас исчезнет само движение, потому что по отношению к необъятности открывшейся панорамы скорость поезда смехотворна, и вы как бы повиснете на краю фантастического мира, и вместе с движением поезда прекратятся и мысли, и чувства, и все ваше суетное бытие преобразится в этот миг в единое состояние восторга перед чудом!

Не все  необычное есть чудо. Чудо – понятие нравственное. И вы убедитесь в том, если сможете оторваться в этот момент от окна и взглянуть на лица справа и слева от вас, что также приросли к окнам. Вы тогда увидите в этих лицах редчайшее выражение доброты, открытости, искренности, вы осязаемо уловите тогда факт того самого подобия, коим человек отличается от всякой прочей твари и что делает его собственно человеком…»

«Чудо – понятие нравственное». Эта авторская мысль пронизывает повесть, да и последующие произведения автора, в которых он ищет, как и в своей  жизни, смысла, соединения высоких порывов души и вечной гармонии.

В 2007 году повесть «Год чуда и печали» получила премию «Ясная Поляна» в номинации «Современная классика». Вручая автору премию, критик В. Курбатов назвал повесть «светлейшим произведением русской литературы последней четверти века».

Диапазон оценок творчества Л. Бородина и его мировоззрения у критиков необычайно широк: «крутой романтик» . Аннинский), приверженец «православной авторитарности» (П. Палиевский), автор «рациональной и авторитарной прозы» (Т. Рябова), «несломленный» (В. Бондаренко), «романтичный, простодушный и в то же время пытливый и твердый в своих убеждениях» (Г. Владимов) и др.

Зачастую критики из либерального лагеря подвергают критике православно-государственную позицию журнала «Москва» и, соответственно, его главного редактора. Но у большинства постоянных читателей журнала находят понимание и позиция журнала, и тот корректный и взвешенный подход, в котором она  проявляется. Показательны в этом отношении материалы журнала,  публикующиеся в рубрике «Колонка главного редактора».

Л. И. Бородин город Иркутск не забывает, периодически посещая его в дни областного фестиваля «Сияние России», встречается с читателями, посещая библиотеки. Журнал «Москва» довольно часто представляет свои страницы иркутским писателям, а один из номеров (1998, № 7)  был посвящен г. Иркутску. Открывался он редакторской статьей «Город на Ангаре».  Завершая статью, бывший иркутянин написал: «Столицы от нас, сибиряков, были за тридевять земель, и потому центром культуры считался Иркутск. Да и был таковым. Еще с доисторических времен, если как нам втолковывали, подлинная история началась в семнадцатом.

Новосибирчане, томичи или омичи – они, наверное, тоже претендуют на «центральность», но мы-то, иркутяне, особенного «беглые», мучимые ностальгией и неприжитостью в местах несибирских, мы-то доподлинно знаем, что главный город Сибири – Иркутск, что стоит на самой красивой реке в мире посередине между Москвой и Тихим океаном.

Ему, центральному городу всей России, и посвящается этот номер журнала «Москва».

Действие многих повестей Л. Бородина происходит в Сибири,  на берегах Байкала («Третья правда», «Гологор», «Повесть о любви,  подвигах и преступлениях старшины Нефедова» и др.).   Объясняет это автор притяжением к земле, где родился, потому что, «…в моей привязанности к байкальским местам было нечто  чрезвычайно счастливое, и это с очевидностью выявлялось  всякий раз, как удавалось попасть  в родные места: я получал реальную поддержку для продолжения жить и быть самим собой…».

Получал Леонид Иванович  реальную поддержку  не только от родных мест, но и еще от одного источника. Вот  как он пишет об этом: «Нынче поговаривают о так называемом виртуальном мире… Да я треть жизни прожил в нем…», «…неправильно выстроилась моя  жизнь, как принято говорить, в целом. И первопричина этой неправильности – неестественная страсть к чтению. В любой жизненной передряге, если  поднапрягнусь, усматриваю все то же – слишком долго на жизнь смотрел сквозь призму писательских вымыслов и домыслов. Но сожалеть о жизни это уж совсем пошло и банально. И потому – слава  продукту человеческой культуры. Слава!»

В ЦГБ им. А. В. Потаниной на книжной выставке «Без печали  чуда не бывает», посвященной юбилею писателя, представлены произведения Л. И. Бородина и критические статьи о нем, имеющиеся в фонде  ЦГБ:

 Книги Л. И. Бородина

Год чуда и печали: повесть. – Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд-во, 1991. – 240 с. : ил.

На книге имеется автограф  Л. И. Бородина.

Год чуда и печали: повести / предисл. В. Распутина. – Иркутск: Издатель  Сапронов, 2006. – 416 с.

Ловушка для Адама: повести. – СПБ: АКМЕ, 1994. – 554 с.

Публикации Л. И. Бородина в периодике

Без выбора: Автобиографическое повествование // Москва. – 2003. – № 7. – С. 3-87; № 8. – С. 57-144; № 9. – С. 3-94.

Бесиво: Повесть // Москва. – 2002. - № 11. – С. 3-69.

Город на Ангаре // Москва. – 1998. -  № 7. – С. 3-4.

До рассвета // Москва. – 2007. - № 12. – С. 96-115.

Плохо строим или плохо построили? // Москва. – 2008. - № 2. – С. 3-10.

Повесть о любви, подвигах и преступлениях старшины Нефедова:  Повесть // Сибирь. -1999. - № 5. – С. 3-81.

Справа – гора Казбек: Рассказ // Москва. – 2005. - № 5. – С. 72-99.

 Ушел отряд: Повесть // Москва. – 2004. - № 7. – С. 9-76.

Литературно-критические статьи о творчестве Л. И. Бородина

Житов К. «Как много в этом звуке…» // Вост.-Сиб. правда. – 1997. – 9 мая.

Кублановский Ю. «Без выбора»: неволя, нищета, счастье…» // Новый мир. – 2004. - № 3. – С. 165-172.

Л.И. Бородин // Русские писатели 20 века : биогр. слов. / гл. ред. и сост. П.А. Николаев – М., 2000. – С. 111-112.

Семенова В. А. «И откроется чудо…» // Благодаря, а не вопреки : полем. статьи, обзоры, рецензии / Семенова В. А. «И откроется чудо…». – Иркутск, 2002. – С. 157-163.

 Сендерев В. Записки прямоходящего, или Утопия Леонида Бородина // Новый мир. – 2004. - № 3. – С. 172-176.

Басинский П. Третья правда. Известному писателю, редактору журнала «Москва» - 70.

// Рос. газ. – 2008. – 15 апр.

Читательским вниманием Л. И. Бородин не обижен, его книги любимы иркутянами. Читатели и сотрудники  муниципальных библиотек поздравляют Леонида Ивановича с юбилеем,  желают ему  здоровья, ждут новых книг и надеются на встречи с ним в иркутских библиотеках.                                  

 

Римма Михеева

 

 

НАЗАД

 

     
     
 

Разработка и дизайн - Оксана Цепилова