Иркутску 350

Год учителя Электронные
ресурсы
 

  главная / наши библиотеки /
 библиотеки выписывают / коллегам /
иркутская история
/ иркутская книга /
конкурсы
/ форум / гостевая книга

 
 
   
  Советуем прочитать
  Дайджест
Вернуться на главную страницу  
   

 СТАТЬИ

 

 

Советуем прочитать. Дайджест

   
   

 

 

 


Вашему вниманию предлагаются книги, поступившие в библиотеки МУК «Централизованная библиотечная система г. Иркутска». Книги вызвали большой резонанс в СМИ и представляют большой интерес для читателей.

  «Любовь к чтению никогда не бывает безответной».
 П. Дашкова

 

Астафьев, В. П. Нет мне ответа… Эпистолярный дневник 1952-2001 / В. П. Астафьев ; сост., предисл. Г. Сапронова. – Иркутск: Издатель Сапронов, 2009. – 720 с.: ил.

Книга – эпистолярный дневник писателя из нескольких сотен писем, которые он ежегодно отправлял в разные уголки страны родным, друзьям, знакомым, писателям, в издательства и т.п. «Его письма не просто искренни, они во многом исповедальны. Перед нами как на глазах вырастает великий писатель и мощный прямой и свободный человек», - пишет в предисловии Г. Сапронов. В письмах с предельной искренностью и откровенной прямотой отразилась жизнь   выдающегося мастера на протяжении 50 лет: его радости и огорчения, победы и утраты, глубина духовного мира и секреты творчества. В письмах страдающая мысль об Отечестве и его народе, частицей которого был В.П.Астафьев.

http://www.novayagazeta.ru/data/2009/046/00.html

 

«Только преступники могли так сорить своим народом!»
Письма Виктора Астафьева о войне, Сталине и Жукове, «генеральской правде», криках «ура», непохороненных героях и о том, как на самом деле погиб Александр Матросов. Публикуется впервые.

 

«Новая газета» (№ 42) писала о том, что выходит в свет книга писем Виктора Астафьева «Нет мне ответа… Эпистолярный дневник. 1952—2001 годы». Ее составитель и издатель — Геннадий Сапронов — предоставил газете право выбрать для публикации несколько писем из 800-страничного тома. Накануне 9 Мая мы публикуем те, которые даже в радостный День Победы не позволят забыть, какой ценой она досталась нашему народу.

28 декабря 1987 г., Красноярск.
В. Кондратьеву

Дорогой Вячеслав!
Прочитал в «Неделе» твой отлуп «наследникам». Зря ты их и себя утешаешь — все мы его «наследники», и, если бы не были таковыми, у него и у его сторожевых псов основы не было бы. Мы и жертвы, и претворители его. Я тоже только раз, перед нашей первой артподготовкой, видел на снарядах, приготовленных к заряжению, написанное «За Сталина», а «ура» вообще ни разу не слышал, хотя воевал в более благоприятные времена, на фронте, бестолково наступавшем, но это ничего не решает, Вячеслав. Все мы, все наши гены, косточки, кровь, даже говно наше пропитаны были временем и воздухом, сотворенным Сталиным. Мы и сейчас еще во многом его дети, хотя и стыдно даже себе в этом признаться. Слава богу, что уже не боимся, а лишь стыдимся.

Я совершенно сознательно не вступил на фронте в партию, хотя во время нашего стояния 1944 года политотделы, охваченные бурной деятельностью, махали после боя руками, клацали зубами и болтали своими языками, загоняя всех в партию, даже целые взводы делая коммунистическими. Не миновало это мероприятие и наш взвод, наполовину выбитый, а мы делали работу за целый взвод — война-то никуда не делась. Делали хуже, чем укокошенный взвод, копали уже и неглубоко, разведку вели тяп-ляп, связь была вся в узлах, радиосвязь полевая вообще не работала. Спать-то ведь и нам часок-другой надо было, и есть хоть раз в сутки требовалось. Как я увернулся, одному богу известно!

Но видевший расстрел людей в Игарке, знавший о переселении «кулаков» такое, что и во сне увидеть не дай бог, ведавший о строительстве Норильска и не всё, но достаточно много получивший объяснений о книге «Поднятая целина»  в пятнадцать лет от очень «осведомленных» бывших крестьян, с которыми лежал долго в больнице, и там, хихикая от восторга, прочитавший этот штрейкбрехерский роман, особенно вредный и «нужный» в ту пору, сам понимаешь, я, «умудревши», созрел, чтоб не иметь дел с той, которая поименовала себя сама — «умом, совестью и честью эпохи»! Совесть — это, надо полагать, Сталин, ум — это, несомненно, Хрущев, ну а честь — это уж, само собой, красавчик чернобровый Брежнев.

Кстати, его преемник, о котором Миша Дудин так точно написал: «Извозчик выбился в цари и умер с перепугу», не стыдился писать, что в 1944 году учился в высшей партшколе, этак тоже, оказывается, шкуру спасали, и кто-то помогал ее спасать! А мы той порой, мальчишки, съеденные вшами до костей, делали работу один за пятерых, а то и за десятерых. Нам не до Сталина и не до «ура» было — ткнуться, упасть, уснуть. От усталости, недохватов, от куриной слепоты много погибло, выходило из строя бойцов. Не тебе говорить, когда отупеешь и обессилишь до того, что одна-единственная мысль в голове шевелится: «Скорей бы убило. Отмучился бы».

А в это время росли тыловые службы, комиссары имели по три машины: легковушку для выезда на всякого рода руководящие совещания, «виллис» у большинства так и остался новым, у нашего бригадного комиссара даже краска американская, качественная, на нем не сносилась, третья машина — грузовая, «студебеккер». Там стояли только заправленные «простынями» пишущие машинки и всякого рода вдохновляющие тексты и бумаги, и при них секретарши не старше восемнадцати лет, менявшиеся по мере употребления и отправляемые в тыл для «лечения».

Ох, много, много есть чего скрывать «наследникам»! И я «наследник», да еще какой! Вот ты помянул Сашу Матросова, а ведь у меня где-то (где-то!) в бумагах лежит вся история его страшной жизни, не по его вине страшной, а по жизни всей системы. Он ведь был перед отправкой на фронт не в РУ, а в исправительной колонии, которая до недавнего времени носила его имя, и только потом пришло кому-то в голову, что нехорошо тюремному предприятию носить имя героя. Воистину героя! Грудью на дзот он, конечно, не бросался. А попавши на верх дзота, пытался вырвать руками или наклонить ствол пулемета к земле, но в дзоте-то сидели не те болваны, коих нам показывают в кино, и кормлены они были получше, чем Саша в штрафной роте, и они его за пулемет стащили сверху и в амбразуру, которую, ты знаешь, даже сытой комиссарской жопой не закрыть, изрешетили парнишку. Но и этой заминки хватило пехоте, чтоб сделать бросок и захлестнуть дзот гранатами. И добро, что борзописец тут скумекал, а не будь его, кто бы узнал о Сашином подвиге. Борзописец тот всю жизнь сулился написать о Матросове правду, да не умел он и не хотел жить правдой!

Но, может, я такой прыткий и «правдивый», у которого были и есть все нравственные данные, чтоб рассказать о своем одногодке правду и написать о ней, да так, чтоб ясно было, что не благодаря Сталину, а вопреки его системе и воле, не глядя на всю угрюмую псарню и велеречивых мехлисов, народ и его истинный сын Саша Матросов шел на фронт и воевал на передовой с честью, подлинной храбростью и достоинством, написал о нем?

Сперва мне жрать нечего было, а когда стало чего жрать, потерять уже жратву не хотелось, потом у меня появилась «лирическая струна», потом нахлынули более «важные» экологические дела, потом я стар и болен сделался, тему Сашину мне уже не по силам поднять и одолеть, а последователи наши пишут о «бичах», проститутках, наркоманах и заворовавшихся продавщицах. Это теперь так важно! А вот о Матросове вроде бы еще нельзя. «На святое замахиваетесь! Мало вам Сталина! Так и до Жукова доберетесь!..»

А между прочим, тот, кто «до Жукова доберется», и будет истинным русским писателем, а не «наследником». Ох, какой это выкормыш «отца и учителя»! Какой браконьер русского народа. Он, он и товарищ Сталин сожгли в огне войны русский народ и Россию. Вот с этого тяжелого обвинения надо начинать разговор о войне, тогда и будет правда, но нам до нее не дожить. Сил наших, ума нашего и мужества не хватит говорить о трагедии нашего народа, в том числе о войне, всю правду, а если не всю, то хотя бы главную часть ее.

Черчилль говорит в своей книге публицистики, что победители в войнах непременно оставались побежденными, и ни одна страна, ни один народ не терпел такого поражения в войне, как Россия и русский народ. Ее, России, попросту не стало. Страшно произносить, но страна-победительница исчезла, самоуничтожилась, и этому исчезновению и самоуничтожению и продолжающемуся неумолимому самоистреблению шибко помогли наши блистательные вожди, начиная со Сталина, и однопартийная система, спохватившаяся спасать страну и народ во время уже начавшейся, где снова нас ждала неудача…

 

Не отдавайте сердце стуже

Марк Сергеев - поэт, прозаик, переводчик, литературный и театральный критик, детский писатель, историк, краевед, драматург, поэт-песенник. Он объездил весь мир, и он Почетный гражданин города Иркутска. Это перечисление не дает, конечно, полного представления о том, что сделано Марком Давидовичем Сергеевым.

Для иркутян имя Марка Давидовича Сергеева было знаковым. Он обладал одновременно и даром исследователя-историка, и даром литератора. Он мастерски владел любой аудиторией. В нем были заинтересованы и представители власти всех уровней, и руководители детских клубов. Марк Давидович был членом редакционных коллегий нескольких серийных изданий, среди которых – «Полярная звезда» и «Литературные памятники Сибири», активно участвовал в создании детского журнала «Сибирячок», в создании муниципальных учреждений культуры – музея истории города Иркутска и гуманитарного центра имени семьи Полевых, занимал пост председателя Иркутского отделения Фонда культуры. Марк Давидович – инициатор проведения в Иркутске фестиваля  «Сияние России». Много лет руководил  Иркутской писательской организацией. Он всегда находился в центре культурной жизни города, хорошо знал ее истоки и был активным участником современного культурного процесса.

«Не отдавайте сердце стуже…» - первая биография  Марка Давидовича Сергеева. На основе архивных материалов, воспоминаний и исследований показана яркая творческая жизнь  писателя, его коллег по Иркутскому отделению Союза писателей СССР. Прошлое и настоящее в этой книге неразрывны. 

Автор книги - Станислав Гольдфарб, профессор, преподаватель ИГУ: «Книга, ну это как бы обобщение того, что происходило в Иркутской культуре за последние 50 лет. Здесь очень много знакомых вам имен: и Вампилов, и Распутин, и Гурулев. И все, кто в литературоведении проходит как "Иркутская литературная стенка". Здесь использованы многочисленные источники, многочисленные архивы. И я думаю, что эта книга по- иному заставит взглянуть и на жизнь и на судьбу Марка Сергеева».

 

Задонина, Н. В. Хронология природных и социальных феноменов в Сибири и Монголии : монография / Н. В. Задонина, К. Г. Леви. – Иркутск, Изд. Ирк. гос. университета, 2008. – 760 с.

Книга составлена известными иркутскими учеными – доктором геолого-минералогических наук, профессором, заместителем директора Института земной коры СО РАН Кириллом Георгиевичем Леви и кандидатом геолого-минералогических наук, доцентом Иркутского государственного технического университета Натальей Витальевной Задониной.
Когда-то Кириллу Леви попалась книга об уникальных явлениях природы. Идея так понравилась, что он решил выяснить: а не случалось ли что-нибудь подобное и в родном крае. В результате появилась "Хронология природных феноменов Сибири и Монголии". В книгу вошли описания всех природных катаклизмов региона — от Ермака до наших дней. Пять лет назад учеными Иркутского института земной коры была выпущена «Энциклопедия природных катастроф Сибири». Уникальная книга вобрала в себя перечень огромного количества землетрясений, полярных сияний, степных пожаров и связанных с этим социальных потрясений. Однако за прошедшее время работа над этим трудом не останавливалась ни на один день. Ученые обрабатывали новые доступные им источники.

За пять лет, прошедших со времени создания первой книги, количество материала увеличилось в полтора раза. Поэтому новая книга «Хронология природных и социальных феноменов в Сибири и Монголии» разделена на три части: классификация опасных природных явлений, их краткое описание. Основную часть книги составляет хронология природных и социальных феноменов за 500-летнюю историю региона. Под феноменами подразумеваются землетрясения, сели, наводнения, пожары, засухи, оползни, вулканические извержения, эпидемии и эпизоотии – то есть все природные явления, которые могут наносить социально-экономический ущерб.
В энциклопедию также вошли «Атлас иллюстраций» на компакт-диске, «Краткая кунгурская сибирская летопись», «Сокровенная история монголов» — малоизвестное произведение о временах Чингисхана, чертежная книга Семена Ремезова, первый атлас по Сибири, составленный в XVII веке.

Тираж книги небольшой – всего 350 экземпляров. Но Кирилл Леви уверен - она будет интересна не только ученым и краеведам, но и просто любознательным людям. Ведь разведав прошлое, считает он, можно многое предвидеть в будущем.

 

Л. Константинова

     
     
 

Разработка и дизайн - Оксана Цепилова